Факультет социологии/Материалы вне курсов/Макс Вебер. Легальное господство

Материал из Викиверситета
Перейти к навигации Перейти к поиску

Задание[править]

Прочитайте текст. Обращаясь к первой главе данного произведения, объясните своими словами следующие понятия:

  • Господство;
  • Власть;
  • Дисциплина;
  • Порядок;
  • Легитимность;
  • Легальность;
  • Союз;
  • Товарищ;
  • Штаб управления;
  • Господин;
  • Социальное отношение;
  • Социальное действие.

Опишите коротко свои мысли по поводу текста и выпишите три связанные с ними цитаты из текста.

Сформулируйте пять вопросов на понимание текста.

Текст[править]

Глава 3: ТИПЫ ГОСПОДСТВА[править]

1. Значимость легитимности[править]

§ 1. Определение, условия и виды господства. Легитимность[править]

Господство согласно определению (см. гл.1, § 16) есть вероятность того, что некоторая группа людей повинуется некоему приказу (или приказам). То есть это не любая возможность реализации власти или влияния. Господство («авторитет») в этом смысле выражается в подчинении, которое каждый раз может побуждаться разными мотивами — от простой привычки до чисто целерациональных соображений. Каждому подлинному отношению господства свойствен определенный минимум желания подчиниться, а следовательно, внешней или внутренней заинтересованности в подчинении.

Не всякое господство использует хозяйственные средства. Гораздо реже оно имеет хозяйственные цели. Но для любого господства над некоторым количеством людей обычно (хотя и не всегда) требуется штаб (о штабе управления см. гл.1, § 12), т. е. группа надежных доверенных лиц, специально действующих в направлении реализации как общих указаний, так и конкретных приказов господствующего (или господствующих). Этот штаб управления может подчиняться в силу обычая, под воздействием эмоций (аффективно), по соображениям материальной заинтересованности или по идеальным (ценностно-рациональным) мотивам. Характер мотивов в значительной степени определяет тип господства. Чисто материальные или целерациональные мотивы связи господина и его штаба управления означают здесь, как и везде, весьма неустойчивый состав последнего. Они регулярно дополняются другими — аффективными или ценностнорациональными. В ситуациях, выходящих за рамки повседневности, именно эти последние мотивы могут даже стать определяющими. В повседневной жизни обычай и наряду с ним материальный целерациональный интерес определяют отношения господства, как и многие другие отношения. Но обычай или наличие интересов в столь же малой степени, как чисто аффективные или чисто ценностно-рациональные мотивы, могут служить надежным основанием господства. Как правило, к ним добавляется еще один момент — вера в легитимность.

По опыту, никакое господство не довольствуется только материальными, только аффективными или только ценностно-рациональными мотивами в качестве своего основания. Напротив, оно стремится пробудить и укрепить веру в собственную легитимность. В зависимости от вида искомой легитимности принципиально различаются типы подчинения, типы обеспечивающего его управленческого штаба и способы реализации господства. А тем самым и его действенность. Поэтому целесообразно различать виды господства по типичным для них способам притязания на легитимность. При этом лучше начать с современных и, следовательно, хорошо знакомых примеров.

  1. Выбор в качестве отправного пункта построения типологии именно этого, и никакого другого, можно оправдать лишь результатом. То, что некоторые другие типичные признаки мы пока не затрагиваем и затронем их позднее, нельзя считать большим упущением. Легитимность господства — хотя бы потому, что находится во вполне определенных отношениях с легитимностью владения — далеко не только «идейно» значима.

2. Не каждое притязание, подкрепленное обычаем или законом, порождает отношение господства. Иначе работник в меру своих притязаний на зарплату был бы господином работодателя, и по первому требованию ему надо было бы предоставить судебного пристава. На самом деле формально по отношению к работодателю он является партнером по обмену и может по праву рассчитывать на получение определенных услуг. В то же время само понятие господства не исключает того, что оно может возникнуть через формально свободный контракт, как это бывает при господстве работодателя над работником, возникающем посредством положений и инструкций о труде, или ленного господина — над свободно вступающими в ленное отношение вассалами. Подчинение военной дисциплине формально недобровольно, а трудовой дисциплине — формально добровольно, но при этом следование трудовой дисциплине также есть подчинение господству. Чиновник тоже получает свое место по контракту, который может быть расторгнут, и даже отношение подданства может быть добровольно принято и (в определенных границах) прекращено. Абсолютная несвобода существует лишь у рабов. Однако, с другой стороны, обусловленная монополией хозяйственная власть, т. е. применительно к нашему случаю возможность диктовать партнеру условия обмена, сама по себе также мало должна считаться господством, как и любое другое влияние, обусловленное эротическим, спортивным, интеллектуальным или любым другим превосходством. Если крупный банк в состоянии навязать другим банкам картельное соглашение, это не будет господством до тех пор, пока не возникнет непосредственное отношение подчинения, т. е. руководство этого банка будет претендовать и рассчитывать на то, что его указания будут выслушаны, исполнены и их исполнение проконтролировано. Естественно, в этом случае, как и везде, переходы размыты: от долгового обязательства до долговой кабалы много промежуточных ступеней. Власть салона, диктующего вкусы и нравы, может стать почти авторитарной властью, не будучи при этом господством. Точные различения в реальности часто невозможны, но именно поэтому необходимы ясные понятия.

  3. Естественно, легитимность господства должна рассматриваться только лишь как вероятность того, что она в некоторой степени существует и будет воплощаться в реальном поведении. Неправильно было бы сказать, что любое подчинение господству чаще всего (или, может быть, всегда) ориентируется на такую веру. Подчинение может имитироваться как отдельными лицами, так и группами, по чисто оппортунистическим соображениям, оно может иметь место по практическим материальным причинам или по причине индивидуальной слабости и беспомощности. Но не это критерий классификации господства, а то, что его притязание на легитимность — в достаточной степени и в соответствии с ее типом — значимо, что оно укрепляет структуру и помогает выбрать нужный тип средств господства. Более того, как часто происходит на практике, господство может быть столь абсолютно гарантировано как совпадением интересов господина и штаба управления (личной охраны, преторианцев, «красной» или «белой» гвардии) по отношению к подданным, так и беспомощностью последних, что само может пренебречь требованием легитимности. Но и тогда, как мы убедимся, вид отношения легитимности между господином и штабом управления будет определяться типом авторитета господина и, в свою очередь, определять структуру господства.

  4. Подчинение означает, что действие подчиняющегося в основном протекает так, как если бы он содержание приказа принял как максиму своего поведения только лишь по причине наличия приказа и исключительно ради формального отношения подчинения без оглядки на собственные представления о правильности или неправильности приказа как такового.

  5. Чисто психологически каузальная цепочка может выглядеть по-разному: возможно, например, внушение или вчувствование. Но эти различия не играют существенной роли с точки зрения построения типов господства.

  6. Область влияния господства на социальные отношения и культурные феномены существенно шире, чем кажется на первый взгляд. Примером может служить господство, которое практикуется в школе и выражается в считающихся ортодоксальными правилах письма и речи. Диалекты, бывшие когда-то канцелярскими языками автокефальных политических образований, а следовательно, и их господ, превратились в ортодоксальные формы письма и речи и привели к «национальным» разделениям (например, Голландии и Германии). Родительское господство и школьное господство проявляются куда шире, чем в усвоении — впрочем, только кажущемся — формальных навыков культуры, они формируют молодежь, а тем самым людей вообще.

7. Если руководитель и управленческий штаб союза подают себя как «слуги» подданных, это ничуть не значит, что их отношения не носят характер господства. О материальных аспектах так называемой демократии у нас будет еще возможность поговорить особо. Некоторый минимум регулирующей власти приказа, и в этом смысле — господства, должен быть ей присущ в любых мыслимых вариантах.

§ 2. Три чистых типа легитимного господства: рациональное, традиционное, харизматическое[править]

Есть три чистых типа легитимного господства. Притязания на легитимность изначально могут базироваться:

  1) нерациональном основании, т. е. на вере в легальность зафиксированных в формальных актах порядков и прав распоряжения, принадлежащих тем, кто призван к господству на основе этих порядков (легальное господство),

  2) на традиционном основании, т. е. на повседневной вере в святость издавна действующей традиции и в легитимность основанного на этой традиции авторитета (традиционное господство),

  3) на харизматическом основании, т. е. на выходящем за пределы повседневного опыта убеждении в святости или героической мощи, или совершенстве какой-то персоны и провозглашенного или созданного ею порядка (харизматическое господство).

При господстве на основе формальных актов имеет место подчинение легально установленному объективному безличному порядку и определенному на его основе руководителю в силу формальной легальности его распоряжений и в пределах последней. При традиционном господстве подчиняются персонально господину, призванному властвовать благодаря традиции, опираясь на традицию и в пределах ее значимости. Харизматическое господство — это подчинение обладающему харизмой вождю как таковому в силу веры в провозглашенное им откровение, в его геройство или совершенство и в пределах действия этой веры.

  1. Целесообразность такого разделения может быть доказана только его предполагаемым вкладом в систематику. Понятие «харизма» («дар благодати») почерпнуто из древнехристианской терминологии. В рамках христианской иерократии сначала Рудольф Зом ввел (по сути, если не терминологически) это понятие в церковное право, другие — например, К. Холь — прояснили некоторые его важные следствия. Так что оно не ново.

  2. Тот факт, что ни один из трех детально рассматриваемых далее идеальных типов в исторической действительности обычно не выступает в чистом виде, естественно, как и в других подобных случаях, не препятствует их понятийной фиксации в возможно более чистой форме. Ниже (§ 11 и далее) будет показано, как чистая харизма преобразуется под воздействием повседневности, что должно приблизить нас к пониманию эмпирических форм господства. Но все равно ни об одном эмпирическом историческом явлении господства мы не сможем сказать, что теперь, мол, с ним все ясно. Социологическая типология дает эмпирической исторической работе преимущество, которое нельзя недооценивать, и состоит оно в следующем: возникает возможность в каждом случае применительно к каждой форме господства показать, что в ней есть «харизматического» («наследственно-харизматического» или от «должностной харизмы»; см. § 10, 11), «патриархального» (см. § 7), «бюрократического» (см. § 4), «сословного» и т. д. или что в ней приближается к названным типам, — и продемонстрировать все это можно на основе достаточно однозначных понятий. Но вера в то, что совокупная историческая реальность будет «уловлена» в развиваемой здесь понятийной схеме, совершенно чужда автору.

2. Легальное господство с бюрократическим штабом управления[править]

Предварительное замечание. Мы намеренно начинаем со специфически современной формы управления, чтобы иметь затем возможность трактовать остальные по контрасту с ней.

§ 3. Легальное господство: чистый тип с бюрократическим штабом управления[править]

Легальное господство базируется на признании взаимосвязанных представлений о том, что

  1. путем договора или октроирования может быть целерационально или ценностно-рационально (либо и так, и так) формально установлено какое угодно право с требованием его соблюдения, как минимум, товарищами по союзу, а также обычно теми, кто входит в сферу влияния союза (в случае территориальных образований — проживающими на соответствующей территории) и вступает в регулируемые союзным порядком социальные отношения либо участвует в социальном действии;

  2. любое право по своей сути есть космос абстрактных, обычно сознательно установленных правил, причем правосудие представляет собой применение их к отдельному случаю, а управление — рациональное преследование предусмотренных порядком союза интересов, происходящее в границах правовых норм и согласно общим принципам, одобряемым или, по крайней мере, не встречающим неодобрения с точки зрения порядков союза;

  3. типичный легальный господин — это «начальник», который распоряжается и отдает приказания, но, в свою очередь, сам подчиняется безличному порядку, в соответствии с которым ориентирует свои распоряжения.

Это относится также и к легальному господину, не являющемуся чиновником, например, к избранному президенту государства.

  4. Согласно общепринятой формуле подчиняющийся подчиняется только как товарищ (см. гл.1, § 10) и только «закону».

Товарищем может быть член союза, общины, церкви, гражданин государства.

  5. В соответствии с п. 3 товарищи по союзу, подчиняясь господину, подчиняются не ему лично, а безличному порядку, поэтому обязаны повиноваться начальнику только в пределах его сферы ответственности, которая предписана и рационально ограничена этим порядком.

Итак, основными категориями легального господства являются:

  1. непрерывный, т. е. характерный для предприятия (см. гл.1, § 15, 17) регулируемый правилами процесс административного производства;

  2. наличие компетенций (сфер ответственности), что предполагает:

     a) существование содержательно разграниченных по причине разделения труда сфер должностных обязанностей,

     b) предоставление приблизительно необходимых для выполнения этих обязанностей объемов распорядительной власти,

     c) четкое определение допустимых средств принуждения и предполагаемых обстоятельств их применения.

Организованное таким образом административное предприятие именуется органом управления.

Такие органы существуют на крупных частных предприятиях, в партиях, в армии точно так же, как в государстве и церкви. Органом в смысле этой терминологии является также избранный президент государства (или коллегия министров, или избранные народные представители). Но эти категории нам сейчас пока не интересны. Не каждый орган обладает распорядительной властью в одном и том же смысле; однако это различие нас здесь тоже не интересует.

К категориям легального господства также относятся:

  3. принцип служебной иерархии, т. е. система постоянных органов контроля и надзора по отношению к каждой инстанции с правом апелляции или жалобы подчиненных на начальствующих. При этом по-разному решается вопрос о том, заменяет ли, и если да, то в каких случаях, апелляционная инстанция подлежащее пересмотру указание на «правильное» сама или поручает это нижестоящей инстанции, на которую и была подана жалоба;

  4. правила, организующие административную деятельность, каковы

     a) технические правила,

     b) нормы.

В обоих случаях для рационального применения правил необходимо профессиональное обучение. Обычно для работы в штабе управления союза отбираются служащие, способные доказать свою профессиональную выучку, и только они могут получить место чиновника. «Чиновники» составляют типичный штаб управления рационального союза, будь то политический, иерократический, экономический (особенно капиталистический) или другой союз;

  5. в случае рационального управления — принцип полного отделения штаба управления от средств управления и производства. Чиновники, служащие, другие работники штаба не являются собственниками средств управления и производства, но получают их в натуральной или денежной форме и обязаны за них отчитываться. Действует принцип полного отделения имущества (или капитала) организации от личного имущества (домохозяйства) и служебного помещения (бюро) от места жительства;

6. в случае полной рациональности управления — невозможность апроприации должности ее исполнителем. Когда «право на должность» существует (например, у судей, у все возрастающей части чиновничества и даже у рабочих), оно предполагает обычно не апроприацию должности чиновником, а гарантию обусловленной только интересами дела, т. е. независимой и руководствующейся исключительно правилами, возможности работы в своей должности;

  7. принцип документированности управления, действующий даже там, где принято или даже предписывается устное обсуждение. Во всяком случае, начальные предложения, а также заключительные решения, постановления и распоряжения должны быть зафиксированы письменно. Письменные документы и осуществляемое чиновниками непрерывное делопроизводство — это и есть сегодня бюро как центральное ядро любого действия любого союза;

  8. разнообразие форм легального господства, о чем еще пойдет речь ниже.

Теперь же мы намеренно сосредоточимся на идеально-типическом рассмотрении наиболее чистой формы штаба управления, представляющего собой структуру господства, а именно чиновничества, бюрократии.

Типы руководителей мы пока оставляем в стороне по причинам, которые станут понятны далее. Очень важные виды рационального господства формально, если судить по их руководителям, нужно было бы отнести к другим типам, например, наследственно-харизматическому в случае наследственной монархии, харизматическому в случае плебисцитарного президентского правления, некоторые же, будучи по важнейшим своим характеристикам материально рациональными, лежат между бюрократией и харизмой (кабинетное правительство), некоторые же (партийные министерства) управляются лидерами (харизматическими или бюрократическими) других союзов (партий). Тип рационального легального штаба управления применим универсально, важен он и в повседневной жизни, ибо в повседневной жизни господство — это прежде всего управление.

§ 4. Легальное господство: чистый тип с бюрократическим штабом управления (продолжение)[править]

Самый чистый тип легального господства — это господство посредством бюрократического штаба управления. Только руководитель союза обретает свое господствующее положение в результате апроприации или в силу выбора либо назначения его в качестве преемника прежнего руководителя. Однако и его полномочия как господина лежат в пределах легальной компетенции. Весь штаб управления состоит согласно чистому типу из отдельных чиновников (представляя, таким образом, монократию, в отличие от коллегиальности, о которой пойдет речь ниже).

Чиновники

  1) лично свободны и подчиняются только в пределах служебных обязанностей,

  2) состоят в жесткой служебной иерархии,

  3) обладают четкими служебными компетенциями,

  4) служат по контракту, т. е., в принципе, на основе свободного выбора,

  5) не избираются, а назначаются; отбор происходит (в случае максимальной рациональности процесса) по критерию профессиональной квалификации, которая должна быть подтверждена экзаменом и удостоверена дипломом,

  6) имеют постоянное денежное содержание в большинстве случаев с правом на пенсию; однако при определенных условиях (особенно на частных предприятиях) контракт может быть расторгнут со стороны господина, сами чиновники всегда могут подать в отставку; размер содержания определяется прежде всего иерархическим рангом, а также ответственностью позиции, в остальном же — «сословной нормой» (см. гл.4),

  7) считают свою службу единственной или главной профессией,

  8) усматривают для себя возможность карьеры (продвижения) в зависимости от срока службы или успехов в работе либо того и другого вместе, а также от суждения начальства,

  9) работают на условиях полного отделения от средств управления и без апроприации служебного места,

  10) подчиняются строгой единообразной служебной дисциплине и контролю.

Этот порядок в равной степени применяется в частнокапиталистических или благотворительных, или в любых других частных, преследующих идеальные или материальные цели организациях, а также в политических и иерократических союзах, а кроме того, обнаруживается (в более или менее сильном приближении к чистому типу) и в истории.

1. Например, бюрократия в частных клиниках и в больницах благотворительных фондов и орденов, в принципе, одинакова. Современная так называемая капланократия, т. е. отчуждение старых по большей части апроприированных церковных пребенд, а также универсальный [папский] епископат (как формальная универсальная компетенция) и характерная для него непогрешимость (как материальная универсальная компетенция при действии ехcathedra, по должности, при исполнении, т. е. в условиях типичного разделения служебной и частной деятельности) суть типично бюрократические явления. То же относится к крупному капиталистическому предприятию (чем крупнее, тем в большей степени), к партийной машине (о чем речь пойдет отдельно), к именуемым офицерами военным чиновникам современной бюрократизированной армии.

  2. Бюрократическое господство в чистейшем виде реализуется там, где в чистейшем виде господствует принцип назначения чиновников. Иерархии выборных чиновников не существует в том же смысле, в каком существует иерархия назначенных чиновников; даже дисциплину нельзя считать дисциплиной там, где подчиненный выборный чиновник может вести свою игру и его шансы не зависят от суждения вышестоящего (о выборных чиновниках см. ниже, § 14).

  3. Контрактные назначения, или свободный отбор, относятся к сути современной бюрократии. Если в бюрократической иерархии в соответствии с функциональными компетенциями, т. е. в нормальном бюрократическом процессе, действуют несвободные чиновники (рабы, министериалы), мы говорим о патримониальной бюрократии.

  4. Уровень профессиональной квалификации в бюрократии постоянно растет. Даже партийному или профсоюзному чиновнику нужны профессиональные (эмпирически приобретенные) знания. Если ныне министр или президент являются чиновниками, от которых не требуется профессиональной квалификации, то это значит лишь, что они чиновники только в формальном, а не в материальном смысле, как и генеральный директор крупного частного акционерного предприятия. Капиталистический предприниматель ныне так же полностью апроприирован, как и «монарх». Бюрократическое господство, следовательно, неизбежно имеет на вершине по крайней мере один не чисто бюрократический элемент; это категория господства посредством особого штаба управления.

  5. Стабильное содержание для бюрократии нормально. (Апроприируемые в частном порядке сборы и плату за услуги мы будем называть пребендами, об этом понятии см. § 7,8.) Нормальна и денежная форма содержания. Эта практика, хотя и не важна с точки зрения понятия, но соответствует чистейшему типу. Ведь натуральные поступления всегда имеют характер пребенды. Получение пребенды предполагает апроприацию возможностей дохода и должностей. Однако границы здесь, как видно из сказанного, весьма размыты. Апроприация путем аренды должности, покупки должности, взятия должности в залог принадлежит, скорее, к иной категории, чем чистая бюрократия (см. § 7, п. аЗ).

  6. Должности по совместительству и, наконец, почетные должности — это категории, которые будут разъяснены позднее (см. § 20 и далее). Типичный бюрократ — чиновник по основному месту работы.

  7. Отделение от средств управления проводится в общественной и частной бюрократии (например, на крупном капиталистическом предприятии) точно в одном и том же смысле.

  8. Коллегиальные органы управления подробнее рассматриваются далее (см. § 15). Ныне они находятся на стадии быстрого исчезновения и замещения фактически и чаще всего формально монократическим руководством (например, коллегиальные правительства в Пруссии давно уступили место монократическому правительству под руководством премьер-министра). Решающее значение здесь принадлежит стремлению к оперативному и четкому управлению, свободному от необходимости поиска компромиссов и независимому от внезапных изменений мнения большинства.

  9. Само собой разумеется, современные офицеры представляют собой одну из категорий обладающих сословными признаками (о чем речь пойдет в гл.4) назначаемых чиновников в противоположность, во-первых, избираемым вождям, во-вторых, харизматическим кондотьерам, в-третьих, офицерам-предпринимателям (наемникам), в-четвертых, обладателям купленных офицерских должностей (см. § 8а, в конце). Переходы между всеми этими категориями могут быть расплывчатыми. Патримониальные слуги, отделенные от средств управления, и капиталистические армейские предприниматели являются также, как частично и капиталистические частные предприниматели, предшественниками современной бюрократии. Подробнее об этом далее.

§ 5. Бюрократическо-монократическое управление[править]

Чисто бюрократическое, т. е. бюрократическо-монократическое, документируемое управление благодаря таким его качествам, как точность, стабильность, строгая дисциплина, надежность и предсказуемость как для господина, так и для всех, кого оно касается, возможность как интенсификации, так и расширения поля его действий, а также универсальная применимость для решения любых задач и неисчерпаемые возможности чисто технического совершенствования, — благодаря всем этим качествам — представляет собой, как показывает опыт, самую рациональную форму реализации господства. Развитие современных союзов во всех областях (государство, церковь, армия, партия, предприятие, объединение, фонд и что угодно еще) тождественно развитию и постоянному прирастанию бюрократического управления; именно его возникновение стало, например, зародышевой клеткой современного западного государства. Приводя вроде бы противоречащие этому примеры, указывая, скажем, на коллегиальные представительства интересов, парламентские комитеты, диктатуры советов, на почетных чиновников и непрофессиональных судей и др. (вплоть до поношений в адрес святого Бюрократиуса), нельзя обмануться и упустить из виду, что вся постоянная работа делается чиновниками в бюро. Вся наша будничная жизнь вплетена в этот бюрократический контекст, и если бюрократическое управление везде — ceteris paribus! — является формально-технически самым рациональным способом управления, то от потребностей массового управления (людьми и вещами) его сегодня вообще невозможно отделить. Выбор существует лишь между «бюрократизацией» и «дилетантизацией» управления, и великим преимуществом бюрократического управления является профессиональное знание, абсолютная неизбежность которого обусловлена современной техникой и экономикой снабжения товарами, все равно, будет ли оно организовано капиталистическим или (что при необходимости решения одной и той же технической задачи неизмеримо повышает роль профессиональной бюрократии) социалистическим способом. Как подчиненные могут противодействовать уже существующему бюрократическому господству обычно только путем создания собственной бюрократической организации, также и бюрократический аппарат (в силу принудительно действующих интересов и материального, и чисто содержательного, т. е. идеального, рода) привязан к необходимости своего дальнейшего функционирования. Без него в обществе с отделением от средств управления чиновников, служащих и рабочих и обязательностью дисциплины и выучки исчезла бы возможность существования для всех, кроме тех, кто непосредственно владеет средствами жизнеобеспечения (крестьян). В случае насильственной революции или вражеской оккупации бюрократический аппарат обычно просто продолжает функционировать, как делал это при прежнем легитимном правительстве. Всегда возникает вопрос: кто господствует над бюрократическим аппаратом? Возможности овладения этим аппаратом со стороны непрофессионала ограничены; профессиональный тайный советник в конечном счете превосходит ставшего министром неспециалиста в умении реализовать свои цели. Потребность в постоянном, строгом, интенсивном и просчитываемом управлении, которое исторически создал (и не мог бы без него существовать) капитализм (не только он, разумеется, но фактически и прежде всего он) и должен был бы просто перенять и усилить любой рациональный социализм, обусловливает судьбоносность бюрократии как сердцевины любого массового управления. Только малое (политическое, иерократическое, общественное, хозяйственное) предприятие в нем не нуждается. Капитализм на своей нынешней стадии требует бюрократии (хотя у него и у нее разные исторические корни) и оказывается ее самой рациональной экономической базой, ибо предоставляет ей полученные фискальным путем денежные средства, на которые она может существовать в своей рациональнейшей форме.

Наряду с фискальными предпосылками бюрократическое управление в значительной степени обусловлено техникой коммуникаций. Точность управления требует железных дорог, телеграфа, телефона, и зависимость от них постоянно растет. Этого не изменит и социалистический порядок. Вопрос заключается лишь в том (см. гл.2, § 12), сможет ли он создать схожие условия для рационального управления, а именно для социализма это означало бы строго бюрократическое управление, организованное по еще более жестким формальным правилам, чем при капитализме. Если же не сможет, это станет еще одним проявлением великой иррациональности (состоящей в антиномии формальной и материальной рациональностей), наличие которой так часто вынуждена констатировать социология.

Бюрократическое управление означает господство через знание, в этом заключается его специфически рациональная основа. Свои могущественные властные позиции, достигнутые в силу профессионального знания, бюрократия (или господин, пользующийся ее услугами) стремится усилить за счет служебного знания, т. е. фактической осведомленности, возникающей в ходе служебных взаимодействий или в результате знакомства с документами. Служебное знание по его отношению к профессиональному знанию сравнимо с коммерческой тайной предприятия в противоположность его техническим секретам. Свойственное не только бюрократии, но ей особенно, понятие «служебная тайна» порождено именно этим отмеченным выше стремлением к власти.

Постоянно превосходит бюрократию в профессиональном знании и знании фактов в своей области интересов только частное лицо, действующее с целью получения прибыли, т. е. капиталистический предприниматель. Он единственный, кто обладает (хотя бы относительным) иммунитетом в отношении неизбежности бюрократического рационального господства через знание. Все остальные члены массовых союзов неизбежно подпадают под господство бюрократии, также как подпадают под господство прецизионных машин в производстве массовых благ.

В социальном отношении бюрократическое господство в целом означает:

  1) тенденцию нивелирования в целях расширения круга рекрутируемых из числа профессионально самых квалифицированных работников;

  2) тенденцию плутократизации в интересах как можно более долгого (часто до конца третьего десятилетия жизни) профессионального обучения;

  3) господство формалистской безличности — управления sine ira et studio, следовательно, без любви и энтузиазма, руководствуясь только долгом; идеальный чиновник исполняет должность «невзирая на лица», формально одинаково подходя к любому, т. е. к любому, находящемуся в одной и той же фактической ситуации.

Но как бюрократизация (в силу нормальной, т. е. исторически объяснимой как нормальная тенденции) ведет к нивелированию сословий, так и любое социальное нивелирование, в свою очередь, устраняя тех, кто сословно господствовал в силу присвоения орудий управления и управленческой власти, а также и тех, кто в силу богатства получал «почетные», т. е. неоплачиваемые, или совместительские посты в управлении, порождает бюрократизацию, которая повсюду оказывается неотрывной тенью прогрессирующей «массовой демократии» (о чем подробно еще будет сказано далее).

Нормальный «дух» рациональной бюрократии — это в общем и целом:

  1) формализм, поддерживаемый всеми, кто заинтересован в сохранении личных жизненных возможностей, не важно, какого рода, поскольку иначе царил бы произвол, а соблюдение формальных требований есть линия наименьшей затраты сил;

  2) стремление чиновников к материально-утилитаристскому пониманию своих управленческих задач на службе у подлежащих осчастливливанию подданных (что находится в мнимом, а частью и в действительном противоречии с отмеченными выше интересами в сохранении личных жизненных шансов). Только обычно этот материальный утилитаризм выражается в создании соответствующих регламентов, в свою очередь, формальных и, как правило, формалистски трактуемых (см. об этом в разделе, посвященном социологии права). Эта тенденция материальной рациональности находит поддержку среди подданных, которые не принадлежат к отмеченному в п. 1 слою заинтересованных в сохранении уже имеющихся у них возможностей. Затронутая здесь проблема относится к теории демократии.

Пример ответа[править]

Заголовок - кликабельная ссылка.